Персональное дело IBM. Вся правда об империи «Голубого гиганта»::Журнал СА 11.2009
www.samag.ru
     
Поиск   
              
 www.samag.ru    Web  0 товаров , сумма 0 руб.
E-mail
Пароль  
 Запомнить меня
Регистрация | Забыли пароль?
О журнале
Журнал «БИТ»
Подписка
Где купить
Авторам
Рекламодателям
Магазин
Архив номеров
Вакансии
Контакты
   

ЭКСПЕРТНАЯ СЕССИЯ 2019


  Опросы

Какие курсы вы бы выбрали для себя?  

Очные
Онлайновые
Платные
Бесплатные
Я и так все знаю

 Читать далее...

1001 и 1 книга  
28.05.2019г.
Просмотров: 1420
Комментарии: 2
Анализ вредоносных программ

 Читать далее...

28.05.2019г.
Просмотров: 1542
Комментарии: 1
Микросервисы и контейнеры Docker

 Читать далее...

28.05.2019г.
Просмотров: 1169
Комментарии: 0
Django 2 в примерах

 Читать далее...

28.05.2019г.
Просмотров: 912
Комментарии: 0
Введение в анализ алгоритмов

 Читать далее...

27.03.2019г.
Просмотров: 1477
Комментарии: 1
Arduino Uno и Raspberry Pi 3: от схемотехники к интернету вещей

 Читать далее...

Друзья сайта  

Форум системных администраторов  

sysadmins.ru

 Персональное дело IBM. Вся правда об империи «Голубого гиганта»

Архив номеров / 2009 / Выпуск №11 (84) / Персональное дело IBM. Вся правда об империи «Голубого гиганта»

Рубрика: Карьера/Образование /  Ретроспектива

 ВЛАДИМИР ГАКОВ, журналист, писатель-фантаст, лектор. Окончил физфак МГУ. Работал в НИИ. С 1984 г. на творческой работе. В 1990-1991 гг. – Associate Professor, Central Michigan University. С 2003 г. преподает в Академии народного хозяйства. Автор 8 книг и более 1000 публикаций

Персональное дело IBM
Вся правда об империи «Голубого гиганта»

Долгим и полным драматизма оказался путь от первых электромеханических счетных машин, с которых начинали создатели компании, до суперкомпьютера RS/6000 SP.

Перепись населения как двигатель прогресса

Последний год ХХ века ознаменовался сразу двумя юбилеями в компьютерном мире. В 2000 году исполнилось 90 лет корпорации, со временем принявшей название International Business Machines (IBM). И 20 лет – созданной ею же первой «персоналке», персональному компьютеру. Долгим и полным драматизма оказался путь от первых электромеханических счетных машин, с которых начинали создатели IBM, до суперкомпьютера RS/6000 SP (в просторечии – Deep Blue), уже обладающего достаточным «интеллектом», чтобы победить за шахматной доской чемпиона мира.

У истоков «Голубого гиганта» (Big Blue), как называют IBM во всем мире, стоял выходец из Германии Герман Холлерит. Он работал в Федеральном агентстве по переписи населения (U. S. Census Bureau) и на протяжении многих лет пытался построить электромеханическую машину для оптимизации трудоемкого процесса – обработки результатов этой самой переписи.

В 1890 году такая машина, работавшая с использованием перфокарт, была построена и сразу же прошла боевое крещение. Если обработка результатов переписи населения в 1880 году потребовала семи лет и труда 1500 сотрудников, то на сей раз изобретение Холлерита позволило его ведомству справиться всего за три года! За это время всего 700 человек заполнили учетные карточки на 63 миллиона американских граждан.

«Стол Холлерита»

«Стол Холлерита»

Результаты оказались столь многообещающими, что окрыленный успехом Холлерит спустя шесть лет основал собственную фирму Tabulating Machine Company, главным направлением которой стали производство и продажа специального оборудования для перфорирования карточек. 15 июня 1911 года компания слилась с двумя другими, созданными чуть раньше, – Bundy Manufacturing Company и Computing Scale Company of America. Новая корпорация была зарегистрирована в штате Нью-Йорк как Computing-Tabular-Recording Company (CTR) и занялась выпуском разнообразных счетных машин и измерительных приборов. В 1924 году она окончательно поменяла название на ныне всем известное International Business Machines.

Хотя мало кто сегодня именует лидера компьютерного бизнеса полным именем, предпочитая краткое – IBM. А как же иначе – изделия со знакомой латинской аббревиатурой давно перестали быть только офисной техникой, превратившись для миллионов людей в друзей, собеседников, помощников, партнеров.

Начав с выпуска устройств для изготовления и чтения перфокарт, IBM затем переключилась на пишущие машинки. Их в свою очередь сменили электромеханические калькуляторы, а в 1950-е годы – компьютеры. К тому времени число сотрудников корпорации перевалило за 40 тысяч человек, а фабрики и отделения IBM, кроме нью-йоркской штаб-квартиры, были разбросаны в десятке стран Европы, Азии и Южной Америки.

Во имя отца и сына

Своими успехами компания была обязана двум Томасам Уотсонам – отцу и сыну. Старшего пригласили в CTR на должность исполнительного директора в 1914 году – одновременно с рождением сына. И уже год спустя 41-летний Томас Уотсон-старший занял президентское кресло.

В первый же год своего президентства он распорядился вывесить на стенах всех кабинетов и прочих помещений компании таблички, на которых заглавными буквами было написано всего одно слово – THINK (думай). Этот фирменный девиз будущей IBM стал своего рода священной мантрой для персонала, постоянно напоминая сотрудникам, что в этой организации от них ждут прежде всего творческого отношения к порученной работе, интеллектуальных усилий и только во вторую очередь – исполнительности.

Кроме того, Уотсон обогатил словарь корпоративных лозунгов ХХ века принципом: «Успех клиента – наш успех». Сегодня это кажется настолько очевидным для создателей «средств производства» для бизнеса – компьютеров, что многие даже не представляют себе, что и у этой крылатой фразы был конкретный автор. Позже к афоризмам президента компании прибавился еще один корпоративный слоган: «Тех, кто покупает продукты IBM, с работы не увольняют».

С именем Уотсона-старшего связано еще несколько революционных нововведений, преобразивших лицо компании. С фанатичным упорством истинного протестанта он старался привить всем сотрудникам, от руководителя до последней уборщицы, чувство корпоративной лояльности, организуя спортивные команды и общие пикники и торжества. Даже в черные для американского бизнеса годы Великой депрессии корпорация IBM под руководством Уотсона думала не только о прибылях, но и о том, как удержать персонал на рабочих местах. Она одной из первых внедрила систему групповой пожизненной страховки (в 1934-м) и оплачиваемого отпуска (в 1936-м). И продолжала наращивать производство, невзирая на катастрофическое падение спроса на счетные устройства. В 1931 году – в самый разгар кризиса, когда о развитии бизнеса мог думать только умалишенный, компания Уотсона представила публике новую серию счетных машин – IBM 600.

Томас Уотсон-старший Томас Уотсон-младший
Томас Уотсон-старший Томас Уотсон-младший

Правда, спустя год небо над IBM заволокло другим «облаком»: конкуренты подали на компанию в суд за нарушение антимонопольного законодательства. Тогда дело удалось замять – в ситуации, когда практически весь бизнес в Америке «стоял», вопрос о монополизации рынка был явно неактуальным. Но первый тревожный звонок оказался далеко не последним – повторение последовало, правда, спустя три десятилетия.

Зато поразительное упрямство и жизнестойкость корпорации IBM и ее президента принесли свои плоды на другом направлении – речь идет о правительственных заказах.

В 1935 году конгресс принял закон о социальной помощи (Social Security Act), и для оформления миллионов документов в качестве подрядчика нужна была солидная компания, имеющая опыт в обработке данных. Правительство остановило свой выбор на IBM, подписав с компанией контракт на составление досье занятости для 26 миллионов человек.

В 1937 году титаническая работа была успешно завершена.

Запуск компьютера

После этой «крупнейшей счетной операции в истории» на IBM один за другим посыпались заказы. Уже на следующий год компания переехала на престижную нью-йоркскую Мэдисон-авеню, что для всех стало сигналом: IBM уверенно влилась в элиту американского бизнеса.

Со вступлением США во Вторую мировую войну компания вынуждена была перепрофилироваться – теперь она выпускала авиационные прицелы для бомбометания, стрелковое оружие, детали к моторам (всего более 40 наименований). Уотсон (до войны, кстати, весьма симпатизировавший Гитлеру!) установил на эти изделия номинальную прибыль в 1%, а на вырученные деньги основал фонд помощи вдовам и сиротам – жертвам войны.

Компьютер во времена Второй мировой

Компьютер во времена Второй мировой

В 1956-м президентскую эстафету от Томаса Уотсона-старшего принял его сорокалетний сын. Уотсон-младший поступил работать в компанию отца еще в 1937 году, а электроникой «заболел» в начале 1946-го. Тогда его пригласили вместе с другими специалистами в университет штата Пенсильвания на демонстрацию новейшего чуда техники – первого электронного компьютера ENIAC. «Я был поражен, – вспоминал Уотсон, – скоростью работы электронных схем, но меня беспокоило, что в наших лабораториях не было специалистов, которые бы в этом разбирались».

Действительно, ни один американский университет в ту пору не готовил специалистов-компьютерщиков – просто за неимением специальности! Новый глава IBM первым из коллег озаботился созданием «кузницы кадров», выбрав в качестве таковой знаменитый Массачусетский технологический институт (MIT). Компания передала в дар институту большой компьютер и профинансировала его эксплуатацию. А спустя пять лет IBM приняла на работу сразу несколько десятков свежеиспеченных специалистов.

В первое послевоенное десятилетие спрос на вычислительные машины превысил все мыслимые прогнозы: ежегодный прирост (заявок, а не машин) достигал 22%. IBM без особых проблем перешла на выпуск компьютеров, «приучив» рынок к своему бренду, под которым продавалась ее электромеханическая вычислительная техника. К тому же еще Уотсон-старший заложил в компании основы системы, которую вскоре приняли многие производители – поставлять не только «железо», но и весь спектр сервиса к нему.

Первые компьютеры IBM были, естественно, ламповыми, но уже к концу 1950-х годов лампы оказались полностью вытеснены транзисторами. «Голубой гигант» не сплоховал и тут – первым в мире наладил их промышленное производство, открыв соответствующую фабрику в Нью-Йорке.

В 1959 году компания выпустила свой первый полностью транзисторный mainframe – модель IBM 7090 с быстродействием 220 тысяч операций в секунду. Она использовалась как военными, так и на «гражданке». ВВС оснастили ею систему раннего оповещения о запусках баллистических ракет, а авиакомпания American Airlines на базе двух 7090-х машин первой внедрила автоматизированную систему бронирования билетов (SABRE), связавшую пункты продажи билетов в 65 городах страны.

В 1961 году сотрудники упомянутого Массачусетского технологического института на базе компьютера IBM 7094 совершили еще один технологический скачок – создали систему, способную одновременно обслуживать до 30 удаленных пользователей (позже это назвали «системой с разделением времени»). Теперь любой пользователь мог подключаться со своего пульта к большой ЭВМ, находившейся хоть в другом городе.

IBM вместе с MIT продолжила развивать наступление на этом направлении, и успехи не заставили себя ждать. Если к 1965 году в мире насчитывалось восемь таких систем (пять в США и три во Франции), то в следующем году – уже более 30, причем половина из них предназначалась для коммерческих расчетов. Это привело к резкому удешевлению компьютерного времени: в следующем году средняя стоимость часа работы на терминале составляла в США около $15, а средняя арендная месячная плата за него не превышала $200.

«Железный» век

Другим направлением, на котором IBM добилась значительных результатов, стало увеличение объемов машинной памяти. В 1956 году специалисты исследовательской лаборатории корпорации в Сан-Хосе, штат Калифорния, создали первый жесткий магнитный диск RAMAC 305 с емкостью памяти 5 Мб.

В апреле 1964 года IBM представила новую модель – IBM/360, которой также было суждено войти в историю. Журнал Forbes назвал ее «азартной игрой с $5 млрд на кону» – ровно столько вложила компания в разработку новинки, занявшую четыре года. Эта сумма превышала затраты правительства США на реализацию знаменитого проекта Manhattan – создание атомной бомбы – и была беспрецедентной для частной компании в то время.

Фактически речь шла о шести моделях, принадлежавших к одному семейству компьютеров на интегральных схемах. А главным новшеством стало то, что все члены этого семейства были совместимы – иначе говоря, допускали постоянное обновление как программного оборудования, так и периферии. Теперь вместо того чтобы каждый раз покупать новую машину, достаточно было заменить лишь ряд существенных элементов на более «продвинутые».

IBM PC

IBM PC

Вообще в сфере информационных технологий 1960-е годы вошли в историю как эпоха бурно прогрессирующего «железа» – за десять лет сменилось два поколения компьютеров! Если первую половину декады на рынке доминировало «второе поколение» с транзисторами вместо ламп и магнитными лентами и дисками вместо перфолент, то появление 360-й модели знаменовало собой приход «третьего». Его отличительными особенностями стали интегральные схемы на микрочипах и управляющие ресурсами компьютера операционные системы.

В эти годы позиции «Голубого гиганта» на рынке больших машин стали практически неуязвимыми. Компьютеры IBM обслуживали научные центры и промышленные предприятия, а также трудились на американскую оборону – на земле, на воде (и под водой) и в воздухе. И даже за пределами земной атмосферы – бортовые ЭВМ для космических аппаратов Gemini и Apollo, а также машины для систем управления полетами в Хьюстонском центре управления полетами были изготовлены специалистами IBM.

В 1971 году Уотсон-младший покинул IBM, но до середины 1980-х бывший глава корпорации оставался членом совета директоров. Он много сделал, чтобы вывести IBM в лидеры американского бизнеса: годовой доход компании вырос с $900 млн в 1965 году (когда сын заменил отца) до $8 млрд, а число сотрудников – с 72 тысяч до 270 тысяч. Во времена, когда Билл Гейтс еще осваивал арифметику в школе, такой взлет одной отдельно взятой компании, причем не сырьевой – высокотехнологичной! – представлял собой явление беспрецедентное.

Из достижений IBM этого десятилетия можно отметить первый жесткий диск типа «винчестер» и принципиально новое печатающее устройство на основе лазерной технологии. Однако в последнем случае лавры первопроходца компания делит с фирмой Xerox, вырвавшейся в итоге вперед. Исследователи до сих пор расходятся во мнении, какая модель появилась на рынке раньше – Xerox 9700 или IBM 3800, во всяком случае оба лазерных «динозавра» стоили друг друга. В том числе буквально: цена каждого доходила до $350 тыс.

Но к концу 1970-х небо над «Голубым гигантом» снова заволокло тучами. Внешне все обстояло как нельзя лучше – заказы на большие машины для правительства и крупной промышленности обеспечивали годовой оборот свыше $30 млрд. Однако и конкуренты не дремали. Не имея возможности открыто бросить вызов гиганту на рынке, они усилили давление на IBM через суд.

Руководство компании понимало, что рано или поздно антимонопольное ведомство возьмется за нее всерьез – и срочно начало разрабатывать эффектную контрмеру против обвинений в монополизме.

Кошмар архитектора

Конкретно перед сотрудниками компании была поставлена на первый взгляд неразрешимая задача. А именно – создать нечто доселе невиданное. С одной стороны, это «нечто» открывало бы рынок для конкурентов (только и ждущих своего часа), а с другой – сохраняло бы для IBM шансы и самой заработать на новинке!

На выполнение задачи была брошена группа из двенадцати сотрудников во главе с Уильямом Лоуи. Чуть больше года – с июля 1980 года по август 1981-го – его «спецкоманда» провела в лаборатории специально созданного отделения микрокомпьютерных систем IBM во флоридском городе Бока-Бэтоне. В результате добровольного «заточения» 17 августа родился первый в мире персональный компьютер.

В тот день вряд ли даже сами разработчики отдавали себе отчет, что только что совершили настоящую технологическую революцию. И не только технологическую. Потому что с приходом в нашу повседневную жизнь «персоналок» мир разительно изменился.

Модель IBM 5150 Personal Computer (IBM PC) представляла собой собственно вычислительное устройство (без жесткого диска, но с 16 Кб оперативной памяти – и возможностью расширения до 256 Кб), черно-белый монитор и выносную клавиатуру. Система строилась на своеобразной «триаде», состоявшей из процессора 8088 малоизвестной тогда компании Intel, поставляемой на отдельной дискете операционной системы DOS 1.0 (ее создала вообще никому не известная фирма во главе с каким-то гарвардским студентом-недоучкой) и, самое главное, системной платы с разъемами, позволявшими подключать к машине дополнительные устройства. Все вместе реализовало концепцию так называемой открытой архитектуры – она-то и поставила крест на монополии IBM.

Если не вдаваться в дебри, то «открытая архитектура» означала, что теперь производить комплектующие и писать программы для «персоналки» IBM мог кто угодно.

Итак, задача была решена, но решение оказалось весьма противоречивым, если не сказать больше. С одной стороны, IBM приобретала рекламу, о какой не могла и мечтать. Теперь покупатель персонального компьютера, пусть даже изготовленного другим производителем, первым делом интересовался у продавца: а совместима ли модель с IBM PC? С другой стороны, подобные машины отныне мог выпускать любой – «открытая архитектура» не оставляла никаких надежд на защиту торговой марки в виде патентных заслонок.

Так и случилось. Начался бурный процесс электронного клонирования. Не прошло и года, как на рынке появились первые IBM PC-совместимые компьютеры – портативный Hyperion компании Dynalogic и настольный MPC фирмы Columbia Data Products. Чуть позже к дележу «персонального» пирога подоспели будущие гиганты компьютеростроения – Compaq и Dell, после чего процесс размножения «клонов» пошел лавинообразно. Именно тогда две короткие аббревиатуры IBM и PC в сознании миллионов превратились в синонимы.

Конечно, и IBM урвала себе солидный кусок – и даже больше, чем рассчитывала! Пока команда Лоуи творила историю под жарким солнцем Флориды, исследовательский центр IBM в Соммерсе, штат Нью-Йорк, выпустил отчет «Следующие пять лет» – своего рода бизнес-план компании на текущую пятилетку. О персональных компьютерах там не было ни слова – что и понятно: еще не успели изобрести термин. Но и роль создаваемых «микрокомпьютеров» (так именовались будущие PC) представлялась создателям отчета малозначимой – всего лишь «терминалы нижнего уровня» в иерархической системе, управляемой большими машинами. Тем не менее IBM собиралась за пять лет продать около 250 тысяч таких «малышек».

Пятилетний план был выполнен… за один месяц! За первой ласточкой последовали модели PC XT (на базе того же 8088-го процессора Intel), PC AT (с встроенным жестким 40?мегабайтовым диском и цветным монитором EGA), PS/2… И так далее, вплоть до относительно недавних настольных NetVista и ноутбуков ThinkPad.

Однако и оснований кусать локти от досады хватало. Первый миллионный персональный компьютер «Голубой гигант» продал, вопреки оптимистическим прогнозам, лишь в 1987 году, постепенно уступая рынок другим производителям – их IBM-совместимые модели зачастую превосходили машины самой IBM. А потом пошла волна пресловутой «желтой» сборки из Тайваня и Малайзии, и о былом гордом одиночестве на рынке компьютерного «железа» пришлось забыть раз и навсегда.

Голубая фишка

К тому же «открытая архитектура» позволила максимально нажиться на новинке совсем не производителям компьютеров, но иным участникам рынка. Последующие модели «персоналок» IBM уже никто не называл по имени – только по номеру процессора фирмы Intel: «386-й», «486-й», «пентиум».

И, конечно, максимум прибыли получила компания, создавшая операционную систему для первой «персоналки» – и еще множество других программ для новых поколений компьютеров. Вряд ли сегодня на планете найдется пользователь, которому были бы неизвестно название той компании – Microsoft. А имя и фамилию того студента-недоучки, возглавлявшего ее до самого последнего времени, полагаю, называть не обязательно (о нем можно прочитать в одном из номеров журнала за этот год).

Потом была затяжная война между IBM и компанией Apple (о которой журнал также писал). И недавняя продажа китайцам всего «персонального» хозяйства IBM, а именно сектора персональных компьютеров, которые теперь выходят под брендом Lenovo. Вряд ли кто-то мог предвидеть подобное и за год до исторической сделки…

Уступив лидерство на рынке производства компьютеров, IBM не пала духом, а продолжала открывать новые перспективные рынки. Эту стратегию наметил еще Уотсон-старший: искать направления, на которых возможен технологический прорыв, и именно на них развивать наступление, пока не подоспели конкуренты. Не случайно журналисты часто сравнивали IBM с айсбергом, вкладывая в это слово разные значения: и «большой», и «голубой», и не тонет, и не тает, и дрейфует по всем широтам!

Так, в самые последние годы компания выбилась в лидеры на сверхперспективном направлении ИТ-бизнеса. По данным опросов, сегодняшние пользователи ИТ-услуг рассматривают «Голубого гиганта» в качестве ведущего бренда – совсем как пользователи «персоналок» десятилетиями раньше.

А накануне миллениума – в декабре 1999 года – IBM объявила о выделении $100 млн на исследовательские работы по созданию в течение ближайших пяти лет самого мощного суперкомпьютера за всю историю. Будущий компьютерный монстр получил название Blue Gene («Голубой ген»), а его планируемая производительность должна была превзойти 1 квадриллион операций в секунду, то есть в 500 раз превысить возможности тогдашнего лидера – модели ASCI Red компании Intel.

В партнерстве с Национальной лабораторией имени Лоуренса в Ливерморе и министерством энергетики сотрудники IBM справились с поставленной задачей. Суперкомьютер был построен и приступил к работе. Слово «ген» в названии намекает на основной круг задач, которые должен решать преемник упомянутого Deep Blue, – Blue Gene будет не в шахматы играть, а помогать ученым моделировать белковые структуры человеческого организма.

Оглядываясь на пройденный путь, руководство IBM считает, что это как раз то, что корпорации удается лучше всего: «постоянно делать ставку на крупные прорывные технологии, которые изменят будущее компьютерных вычислений».

Приложение

И меткие тоже мажут

«Я думаю, мировой рынок компьютеров вряд ли превысит пять штук». Удивительно, но этот приговор вынесен в 1943 году никем иным, как Томасом Уотсоном-старшим. Впрочем, он знал, о чем говорил. Первые электронные вычислительные машины были огромны, необычайно прожорливы (в смысле потребления электроэнергии) и капризны – после решения конкретной задачи их приходилось вручную переключать на решение следующей. И все же «попадание в молоко» одного из лучших прогностических «снайперов» эпохи по-своему показательно: от ошибок не застрахованы даже самые проницательные.

Кто кого учит

Сегодня может показаться забавной информация о том, что одной из главных сенсаций брюссельской Всемирной ярмарки 1958 года была новинка от IBM – первый жесткий магнитный диск RAMAC. А забавно то, что посетители на десяти языках экзаменовали «железяку» по истории – не подозревая, что сами присутствуют при одном из ее драматичных поворотов.

Компьютерный десант за «железный занавес»

В 1979 году президент Джеймс Картер назначил экс-главу IBM… послом в Советском Союзе. На этом посту Томас Уотсон-младший проработал три года и, наверное, дорого бы отдал за то, чтобы разузнать, что же такого наработали в компьютерной отрасли его советские коллеги. А они, начиная с 1960-х, следовали господствующим тогда установкам свыше – «не изобретать велосипед», старательно копируя те же «забугорные» IBM 360/370 (у нас это называлось ЕС – «Единой серией»). Хотя более ранние советские разработки 1950-х – серия БЭСМ («Большая электронно-счетная машина») – были вполне достойным продуктом для своего времени даже по мировым меркам.


Комментарии отсутствуют

Добавить комментарий

Комментарии могут оставлять только зарегистрированные пользователи

               Copyright © Системный администратор

Яндекс.Метрика
Tel.: (499) 277-12-41
Fax: (499) 277-12-45
E-mail: sa@samag.ru